345

21 июня 2015 г.

Писатель, который наблюдает жизнь

"К поэзии всегда необходима странная химическая добавка, которая сделает поэта любимым"
Катя КАПОВИЧ
Cегодня отечает свой день рождения наша соотечественница поэтесса Катя КАПОВИЧ. Родилась в Кишинёве, училась на факультете иностранных языков в Нижнем Тагиле,  работала в разных местах (например, замеряла резервуары в нефтехранилищах). В 1990 г. уехала в Израиль, в 1992 г. – в США. До отъезда за границу не печаталась. За книгу "День Ангела и Ночь" стала лауреатом премии "Апотропос". После переезда в Америку в 92-ом выпустила роман в стихах "Суфлер" и сборники "Прощание с шестикрылыми", "Перекур", "Веселый дисциплинарий" и "Свободные мили".
 Публиковалась в журналаx "Знамя", "Новый мир", "Звезда", "Арион", "Новый Журнал", "Постскриптум", "Нева", "Время и мы" , "22" и др.
Начиная с 1997 года пишет по-английски. Стихи на английском языке выходили в литературной периодике, включая London Review of Books, Ploughshares, Harvard Review, The Antioch Review, The American Scholar, The Antigonish Review, The Massachusetts Review, Press, Slate, Salamander, Leviathan Review и др. В 2001-2002 году получила национальную литературную премию Библиотеки Конгресса за книгу английских стихов "Gogol in Rome". Сегодня живет в Кембридже, работает редактором англоязычного поэтического журнала Fulcrum.
В нашей библиотеке вы сможете прочитать:
  • День ангела и ночь/ Катя Капович. –Иерусалим: Мория, 1992. -176 с.
  • Милый Дарвин : [стихи]/ Катя Капович; Худ. Стас Полнарев. -М.: Икар, 2008. -128 с.
  • Контрабандистка: Рассказ // Знамя. – 2010. - № 5. – С. 105 – 114.

Другие произведения Кати Капович можно найти в интернете:
  • Суфлёр: Роман в стихах. — М.: Московский Парнас, 1998.
  • Прощание с шестикрылыми. — Кембридж—Нью-Йорк, 2001.
  • Перекур: Стихотворения. — СПб.: Пушкинский фонд, 2002.
  • Gogol in Rome. — Salt Publishing, 2004.
  • Весёлый дисциплинарий. — М.: Новое литературное обозрение, 2005.
  • Свободные мили. — М.: АРГО-РИСК, Книжное обозрение, 2007.
  • Cossacks and Bandits. — Salt Publishing, 2008.
  • Вдвоём веселее (рассказы). — М.: Астрель, 2012.
  • Другое. — М.: Воймега, 2015.

 
Рита Бальмина. Портрет Кати Капович 

Я умру, где читают по кругу
Тютчев, Вяземский, Блок, Сологуб —
и не мне круговую поруку
замыкать шевелением губ.

Я уснула под эти распевы
за простым деревянным столом:
Тютчев справа и Вяземский слева —
грустно, муторно в мире моем.

А ведь где-то в глухом Кишиневе
в это время бутылку в карман
прячет Хорват, и ловит на слове
наши души осенний туман.

***
в и з и т н а я     к а р т о ч к а
ОПЫТЫ

Приделай к воздуху мотор сенокосилки
и крылья мельницы, заглохшей в прошлом веке,
и ты получишь ангела в пробирке,
как сказано в одной ацтекской книге.

Смешное чудище, сородич динозавра,
фанерный ангел на ногах неровных,
тебя я водворю в такое завтра,
где вещи наконец антропоморфны.

И ты взлетишь над снежною землею,
над контурною картой континента,
над неподвижной синею рекою,
шуршащей за спиной, как изолента.

*** 
Если буду жива, не помру,
то найдусь как свидетель
подтвердить, что я шла по двору
в чистом утреннем свете.
Босиком, по колено в росе,
там еще были шпалы,
поезд гнил об одном колесе,
не пришедший к вокзалу.
И тоски не скрывая своей,
вор, сосед дядя Коля
кишиневских стремал голубей.
Синим “вольному воля”
было выколото на груди,
а он, голый по пояс,
ждал и ныне все ждет: загудит
и пойдет его поезд.

*** 
В пустоте осинового подлеска,
где взбухают железы Прут-реки,
я стояла, взгляд наводя на резкость
на румынский берег из-под руки.

Так кузнечик тикал в поселке раннем,
что казалось, вот-вот взорвется он.
От меня поодаль прошли крестьяне,
пронесли под мышкой аккордеон.

Тра-ла-ла-ла... — понеслась музыка
над чертой оседлости, над рекой.
В пограничном небе всплыл крестик Мига,
белый-белый в пропасти голубой.

*** 
За домом вырос сквер, где я сирень ломала:
на кладбище ее в тот год осталось мало –
там бабы с магалы все обломали, видно,
и продали уже. Одновременно стыдно
и сладко вспоминать жизнь, что прошла куда-то
туда, где больше нет ни девочек, ни сада,
ни мальчика в очках, и только я брожу.
Душа моя, я знаю тут крылечко,
где можно тихо сесть спиною к гаражу
и выдохнуть колечко.
К нам урка подходил стрельнуть на опохмел.
Наш был ответ простой: а Мотыля ты знаешь?
И он к тебе не лез и долго вбок глядел,
туда, где в кладке не хватало клавиш.
Мотыль в тот год учил, что если будут бить,
бежать нельзя, бить в пах ногою,
на помощь звать, “да-нет” не говорить.
И белый свет в глазах не путать с чернотою.

*** 
Люби меня, как я тебя
любить не обещала никогда,
то не хватало в голове огня,
то отвлекался взгляд на поезда,
В них пахло кишиневской колбасой,
нам водку подливал один хохол,
и музыка играла, Боже мой,
ужасная. Он в Киеве сошел.
А мы лежали и до темноты
все слушали ее. Какой кошмар.
Ведь мы поэты были, я и ты,
и все в Москву везли свой божий дар.
А довозили смятые листки
и в жирных пятнах бедные слова.
Теперь, поди, не вспомнить ни строки,
но как в тот год кружилась голова.

***  
Окончен отопительный сезон,
и выстудились за ночь батареи.
Весь день летает по пустой квартире,
как шаровая молния, плафон.

Ступени, как разбитый ксилофон,
мастикой пол сияет в коридоре.
Из всех вещей, нам данных априори,
важнейшее в искусстве - верный тон.

Из всех томов, одетых в коленкор,
главнейшие стоят без коленкора -
Цветков и Мандельштам, и Женя Хорват,
зачитанный, как смертный приговор.

*** 
Я тоже ела без ножа и вилки
бесплатный харч в одном осеннем парке,
где вылинявшие, как после стирки,
старушки на траве играли в карты.
С бумажною летающей тарелкой
шел человек к столу просить добавки,
тряся квадратной головой так мелко,
что черт лица не видно было как бы.
Не видно было губ его дрожащих,
взгляд не светился радостью воскресной.
И ангел спрятал дело в черный ящик
в тот полдень в канцелярии небесной.
Но отчеркнул, гад, поперек страницы:
такому-то, за номером таким-то,
сегодня отпустить половник риса,
накапать в чай для опохмелки спирта.

А дальше в ручке кончились чернила,
и я пошла, хрустя листвой опавшей.
Мне было хорошо и плохо было,
я что-то там насвистывала даже.


Приходите в библиотеку и насладитьесь чтением!

18 июня 2015 г.

Тамуз

Сегодня начинается ТАМУЗ — четвертый месяц года, если, как требует еврейская традиция, считать месяцы года, начиная с Нисана. В Писании он называется просто «четвертым месяцем». Название «Тамуз», как и названия других месяцев, вавилонского происхождения. Все они были позаимствованы евреями, вернувшимися в Эрец Исраэль после вавилонского изгнания. Месяцу Тамузу соответствует созвездие Рака. Месяц Тамуз по еврейскому гороскопу – один из трех негативных месяцев года (Тамуз, Ав, Тевет). В Тевет началась осада Иерусалима, в Тамузе были разрушены стены и враги проникли в Иерусалим, в Аве были разрушены оба Храма.  Согласно еврейскому гороскопу, Тамуз управляется Луной.  В 17 день Тамуза Моисей спустился с Горы Синай со скрижалями, принеся в мир силу и энергию бессмертия. Однако евреи и другие народы проявили нетерпение и, не дождавшись всего несколько часов до возвращения Моисея, создали Золотого тельца. Увидев это, Моисей в гневе разбил скрижали вдребезги.

Согласно еврейскому гороскопу, людям родившимся в созвездии Рака необходимо больше любви, чем людям других знаков. На убывающей Луне они чувствуют, будто что-то упущено и это вызывает в них легкую депрессию. Средства лечения такого состояния – забота, проявление любви и преданности другим людям. Кроме того, Раки по еврейскому гороскопу должны приложить все усилия для того, чтобы не зацикливаться на прошлом, отойти от той ситуации и смотреть вперед, оставив позади болезненные воспоминания и душевные раны. Для них это единственный способ найти истинное счастье и любовь. Раки по еврейскому гороскопу очень домашние люди. Их девиз – «мой дом – моя крепость». Они очень привязаны к семье и дому, они любят историю и астрономию, все, что напоминает им о прошлом. У них очень чувствительный желудок, чутко реагирующий на нервное напряжение и неразрешенные эмоциональные конфликты.
Что рекомендуется?
  • Помнить о том, что то, что вы видите, ощущаете и чувствуете, может быть ошибочным.
  • Стараться не выплескивать гнев на других. Не хранить его, стараться тут же освобождаться от любой отрицательной энергии, стараться искать то положительное, что из ситуации можно извлечь.
  • Самая сильная терапия – сделать для других людей чуть больше, чем обычно. Вместо того, чтобы "держать руку на своем пульсе", держите ее на чужом. Особенно полезно  заботиться об обидчиках.
  • Стоит говорить о происшедшем, выясняя мнения каждого. Ведь ошибочные чувства, а с ними и мысли, охватывают абсолютно всех. Говорить открыто о болевых точках в этом месяце вам будет особенно тяжело, но нужно.
  • Внимательно слушать интуицию. В этом месяце она особо сильна.
  • Не начинать новых дел, не принимать важных решений между 17 Тамузом и 9-м Ава. В 2015-м году, это будет период с 4-го  по 25 июля.
  • В Тамузе  в изобилии приходят хорошие новые идеи, но "буксует" реализация. Очень рекомендуются максимальные усилия по их осуществлению.


Хорошего всем месяца!

10 июня 2015 г.

Мастер короткой фразы и крупной формы…

Вся американская литература ХХ века
держалась на двух китах - 
Уильяме Фолкнере и Соле Беллоу.
Филлип РОТ, писатель.

Исполняются 100 лет со дня рождения еврейского писателя, лауреата Нобелевской премии Сола БЕЛЛОУ.
Соломон Белоус, а именно так звали будущего писателя, родился в 1915 году в канадском местечке Лашин. Его родители Абрам и Лиза Белоус, преуспевающие евреи, уехали в Канаду из Санкт-Петербурга в 1913 году. Как и положено приличному еврейскому мальчику из приличной еврейской семьи, Соломон воспитывался в традициях Ветхого завета. При этом он рано пристрастился к чтению и научился бегло говорить на идише, иврите и французском, не говоря об английском. В 1924 году семья перебралась в Чикаго. Писательскую карьеру Беллоу начал с публикации литературных обозрений и переводов с идиша. Уже ранние произведения писателя обеспечили ему славу одного из сильнейших американских романистов XX века.
В 1944 году был опубликован его первый роман Между небом и землёй о "правдивом свидетельстве настроения поколения, выросшего в период Великой депрессии".
В 1953 году увидел свет роман Приключения Оги Марча. Книга была удостоена Национальной премии США по литературе, а также признана лучшей книгой года.
В 1956 году Беллоу опубликовал сборник из трех новелл, одноактной пьесы и повести Лови момент. Критика назвала сборник "очень трогательной книгой".
В 1964 году выходит новый роман Герцог, за которы Сол Беллоу получил Национальную премию и стал первым американцем, который удостоился Французской международной литературной премии.
В 1971 году Беллоу получил третью по счету Национальную премию за роман 
ПЛАНЕТА МИСТЕРА СЭММЛЕРА. -Иеpусалим: Библиотека-Алия, 1978. -318 с. -(Библиотека-Алия; 65)
Мистер Сэммлер, польский еврей, пожив некоторое время в Польше, уезжает в Англию, где знакомится с известными представителями английской творческой интеллигенции, среди которых и Герберт Уэллс. Затем начинается война. Сэммлер к этому времени снова оказывается в Польше, где вынужден прятаться от немцев. От смерти его спасает чудо: совершив очередной массовый расстрел, немцы не принимают его тело, оказавшееся в яме, за тело живого. Так, потеряв жену и один глаз, Сэммлер продолжает свое существование на этом свете. Семидесятые годы. Последним его пристанищем становится Нью-Йорк. Здесь круг его общения не очень велик. Как и во всяком тесном круге, здесь все знают всех. Течет своя маленькая, но многообразная жизнь...
В 1975 году вышел в свет Дар Гумбольдта – книга которая  принесла Беллоу международное признание. За этот роман в том же 1975 году писатель получил Пулитцеровскую премию.
В 1976 году Сол Беллоу получил Нобелевскую премию "за гуманизм и тонкий анализ современной культуры, сочетающиеся в его творчестве".
В  том же году он опубликовал книгу В Иерусалим и обратно: личные впечатления,
своеобразный дневник, который писатель вел во время своего путешествия в Израиль в 1975 году.
ТО JERUSALEM AND BACK: A PERSONAL ACCOUNT. -New York: 1976. -182 p.
В 1983 году президент Франции наградил Беллоу орденом Почётного легиона.
В 1988 году был удостоен Национальной медали США в области искусств.
В 1990 году получил медаль фонда Национальной книжной премии за выдающийся вклад в американскую литературу.
Сол Беллоу умер 5 апреля 2005 года в городе Бруклайн (Бруклин, штат Массачусетс) в возрасте 89 лет.
В нашей библиотеке вы сможете найти также:


МЕМУАРЫ МОСБИ: Рассказы. -М.: Текст, 2002. -270 с.
Герои Беллоу — умные, любящие, страдающие, попадающие в самые нелепые ситуации, пытаются оставаться людьми и сохранить чувство юмора, что бы с ними ни происходило. На русском языке сборник полностью издается впервые.



СЕРЕБРЯНОЕ БЛЮДО: Рассказы. - М.:"Текст", 2006. -253 с. -(Проза еврейской жизни).
В книгу вошли лучшие рассказы знаменитого американского писателя. Герои  - умные, любящие, страдающие люди, которые, попадая в самые разные житейские ситуации, пытаются остаться личностью, сохранить чувство собственного достоинства.



HENDERSON, REGELE PLOII. –București: Polirom, 2007. - 427 p.
Cartea îl are ca personaj principal pe milionarul Eugene Henderson, care trece prin criza vârstei de mijloc. El explorează Africa și ajunge la două triburi izolate. După o scurtă experiență cu așa-numiții arnewi, este capturat de un al doilea trib, wariri, unde devine regele ploii, o poziție majoră în ierarhia tribului, dar și una deosebit de periculoasă.


Приходите к нам в библиотеку и насладитесь чтением!

7 июня 2015 г.

Энди Уорхол: 10 знаменитых евреев ХХ века

Какое-то время назад, на просторах интернета, я нашла интересную информацию, которой спешу поделиться с вами.
Это десять портретов знаменитых евреев ХХ века, созданные не менее знаменитым американцем Энди УОРХОЛОМ.
Все портреты смотрятся единой серией, все написаны в одной манере. Более подробно об этой выставке читайте здесь

«ЭНДИ УОРХОЛ: 10 ЗНАМЕНИТЫХ ЕВРЕЕВ ХХ ВЕКА»:
ВЫ ЗНАЕТЕ ИХ В ЛИЦО

Сара БЕРНАР

Луис Брандейс

Мартин Бубер

Джордж Гершвин

Голда Меир

Франц Кафка

Братья Маркс

Гертруда Стайн

Зигмунд Фрейд


Альберт Эйнштейн

1 июня 2015 г.

Давид Самойлов. Счастье ремесла

Если спросят нас юнцы,
Как вы жили, чем вы жили?
Мы помалкиваем или
Кажем шрамы и рубцы.
Давид САМОЙЛОВ

1 июня 1920 года, в Москве, в еврейской интеллигентной семье, родился Давид КАУФМАН, известный как Давид (для друзей - Дэзик) Самойлов, поэт, фронтовик. В 1938—1941 годах учился в МИФЛИ. В начале войны Самойлов хотел уйти на фронт добровольцем, но не был мобилизован по состоянию здоровья. Был сначала мобилизован на трудовой фронт, а в 1942 попал на Волховский фронт, был ранен, заканчивал войну в 3-й отдельной Моторазведроте Разведывательного отдела штаба 1 Белорусского фронта. За мужество и героизм, проявленные в годы Великой Отечественной войны, награжден орденом Красной звезды и медалью «За боевые заслуги». В 1976 году Самойлов поселился в эстонском приморском городе Пярну. Умер в 1990 г. в Таллинне.




Повтори, воссоздай, возверни
Жизнь мою, но острей и короче.
Слей в единую ночь мои ночи
И в единственный день мои дни.

День единственный, долгий, единый,
Ночь одна, что прожить мне дано.
А под утро отлет лебединый -
Крик один и прощанье одно.


Я зарастаю памятью,
Как лесом зарастает пустошь.
И птицы-память по утрам поют,
И ветер-память по ночам гудит,
Деревья-память целый день лепечут.

И там, в пернатой памяти моей,
Все сказки начинаются с «однажды».
И в этом однократность бытия
И однократность утоленья жажды.

Но в памяти такая скрыта мощь,
Что возвращает образы и множит...
Шумит, не умолкая, память-дождь,
И память-снег летит и пасть не может.
1964



Я недругов своих прощаю
И даже иногда жалею.
А спорить с ними не желаю,
Поскольку в споре одолею.

Но мне не надо одолеть их,
Мои победы не крылаты.
Ведь будем в дальних тех столетьях
Они и я не виноваты.

Они и мы не виноваты,
Так говорят большие дни.
И потому условны даты,
И правы мы или они...


О Господи, конечно, все мы грешны,
живем, мельчась и мельтеша.
Но жаль, что, словно косточка в черешне,
затвердевает камешком душа.
Жаль, что ее смятенье слишком жестко,
что в нас бушуют кровь и плоть,
что грубого сомнения подростка
душа не в силах побороть.
И все затвердевает: руки - в слепок,
нога - в костыль и в маску - голова,
и, как рабыня в азиатских склепах,
одна душа живет едва-едва.



Устал. Но все равно свербишь,
Настырный яд, наперекор хотеньям.
Как будто душу подгрызает мышь.
Душа живет под солнечным сплетеньем.

Казалось, что она парит везде
И незаметно нам ее передвиженье.
И почему теперь я знаю, где
Ее точнейшее расположенье?

И почему она
В иные времена
Как бы растворена в потоке ровной воли?
Как будто нет ее. И лишь в минуты боли
Я знаю: есть душа и где она.
1999




Сорок лет. Жизнь пошла за второй перевал.
Я любил, размышлял, воевал.
Кое-где побывал, кое-что повидал,
Иногда и счастливым бывал.

Гнев меня обошел, миновала стрела,
А от пули - два малых следа.
И беда отлетала, как капля с крыла;
Как вода, расступалась беда.

Взял один перевал, одолею второй,
Хоть тяжел мой заплечный мешок.
Что же там, за горой? Что же там - под горой?
От высот побелел мой висок.

Сорок лет. Где-то будет последний привал?
Где прервется моя колея?
Сорок лет. Жизнь пошла за второй перевал.
И не допита чаша сия.

1960
Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...